Семья – дело святое. Часть 7. Светлана Михеева

Конец августа на севере - это и радость встречи после отпуска с коллегами, обмен впечатлениями, подарками, также настрой на рабочий ритм и на зимнюю пору. В северных краях осень - пора короткая. В начале октября снег ложится на зиму, морозы крепчают. И, однажды проснувшись, в первой декаде октября, понимаешь, что уже самая настоящая зима на дворе. Радостно от того, что все белым- бело, а, следовательно, светло от снега, и чисто становится на душе. Серое межсезонье позади.

Посветлело на душе и у наших влюбленных. Развод состоялся. Не смотря на нелепые попытки Петра воспрепятствовать, всё решилось не в его пользу.

Не смотря на то, что жена Гарика, Динара, от безысходности, гнева и обиды звонила на домашний телефон, оскорбляла и проклинала Юлию, называя ее последними словами, разлучницей, которой все вернется во сто крат сильнее,- ничего не помогло.

Межсезонье закончилось в природе, закончилось оно и у влюбленных.

Юлия, стоя у окна, любовалась белой от снега дорогой, медленно падающими и кружащими в воздухе крупными снежинками.
Квартира, в которой они жили с Гариком, находилась на третьем этаже. Хорошо, что его бывшая жена так и не смогла выследить, где они живут. А то бы и сюда нагрянула.

Динара нападала, как львица. Повезло в том, что когда она стучала в дверь квартиры, где раньше жила Юлия, не было дома ни Петра, ни Толика. Бог отвел!

Свекровь, открывши дверь и увидев Динару, хотела было быстро захлопнуть ее, но женщина вдруг так жалобно посмотрела на хозяйку, что у свекрови ёкнуло сердце.
– У нас сын. Один-единственный. Вы же мать, - слова Динары звучали резко и отрывисто.
Вера стояла и не знала, что предпринять.
Вдруг Динара резко и зло проговорила:

– Он отца ненавидит, вашу... (женщина сделала паузу) ненавидит. Весь мир ненавидит! Сказал, вырастет - отомстит. Всем отомстит.

Динара резко развернулась и быстрым шагом направилась к выходу из подъезда, чтобы не заметили ее слез.

Свекровь Вера закрыла дверь и, держась одной рукой за стену, другой за сердце, медленно пошла к своей полочке с лекарствами. Ей срочно нужен был валокордин.

После получения свидетельства о разводе, страсти с обоих сторон поутихли.
Как-то стало легче.
Юлия, как и прежде, приходила в свою старую картиру, только старалась не сталкиваться с бывшим мужем. Свекровь, слыша, что пришла гостья, находилась в своей комнате и редко-редко по большой необходимости выходила из нее.
Никому не хотелось ни с кем встречаться.

Свекровь Вера поседела, постарела, но все также следила за порядком в доме: вставала рано, готовила завтрак, кормила и провожала Толика в школу. Она видела, как взрослеет и меняется внук, ему она отдавала всю теплоту своего большого и мудрого сердца.

Жалела сына Петра. В чем- то всех оправдывала, даже скандалистку Динару. Только одного человека она терпеть не могла-самодовольного и самоуверенного Гарика, разрушившего жизнь всей семьи до основания.
И чем дольше она думала обо всей этой истории, тем больше переживала, печалилась, и тем больше прибавлялось лекарств на ее полочке.

Толик взрослел и становился равнодушным к приходам матери. Он уже не злился и не переживал внутри. В его глазах проступало еле заметное презрение.
С учебой у подростка стало лучше, класс его уже не дразнил второгодником. Толик стал спокойным, молчаливым. Старался помочь тем одноклассникам, которые не усваивали материал по предметам. Не стучал и никуда не ввязывался. Как старший, держался особняком. Эти качества и вызывали уважение одноклассников.
Осознав себя себя старше мальчишек в классе, Толик начал втихаря покуривать.

Юля неоднократно звала его то в гости, то жить, говорила про детский и спортивный уголок, который Гарик купил для него. Толик уперся. Наотрез и категорически. Он не хотел бросать отца, бабушку. Подростка уже было не задобрить подарками. Мальчишка смирялся и привыкал к тому, что у мамы другая жизнь.

Продолжение следует…